БЕЗ ТОПОГРАФИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ В БОЙ НЕ ИДУТ

В этом году топографическая служба России отметила свой 200­летний юбилей. Сегодня, в век информационных технологий, немыслимо представить себе Вооруженные Силы без топослужбы. Причем значение ее все более возрастает, что обусловлено непрерывным развитием вооружения, современных систем управления войсками, геоинформационных систем. Армейская топографическая служба XXI века использует цифровые технологии, космические, картографические, геодезические комплексы и другую современную технику.

В Восточном военном округе проблемы топогеодезического и навигационного обеспечения войск  решает топографическая служба, которой руководит подполковник Анатолий ТЮРИН. В беседе с нашим корреспондентом он рассказывает о задачах военных топографов и перспективных направлениях их деятельности, обусловленных техническими новшествами нашего бурного техногенного столетия.

 НАША СПРАВКА

В России развитию картографических работ способствовали походы Ермака, Московитина, Пояркова, Дежнева, которые составляли описания и чертежи открытых земель. В свою очередь из их описаний в воеводских канцеляриях составлялись сводные чертежи. Так были исполнены «Чертеж Сибири» (1629 г.), «Чертеж Обоянским землям» (1659 г.), «Чертеж украинским и черкасским городам» и т.д.

БЕЗ ТОПОГРАФИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ В БОЙ НЕ ИДУТ

Первый русский географический атлас «Чертежная книга Сибири», состоящий из 23 карт, был составлен в 1701 г. географом С. Ремезовым. По своим достоинствам он стал в свое время выдающимся картографическим произведением. Серьезное внимание на собирание точных географических сведений о государстве и картографирование территорий обратил Петр I, что было необходимо прежде всего для военных целей. С организацией в России регулярной армии возникла необходимость обеспечения ее боевой деятельности картматериалами. В 1701 г. в боях под Нарвой Петр I ввел должность генерал­квартирмейстера, а в 1711 г. в армии была образована квартирмейстерская часть с целью решения оперативных вопросов, в том числе и по обеспечению войск картами.

В созданных позднее Пушкарской (1712 г.) и Петербургской (1719 г.) инженерных школах учащимся преподавали геодезию и топографию, и по окончании обучения они могли вести съемки местности. Первая топографическая съемка в России была выполнена в 1715 г. геодезистом Федором Молчановым в экспедиции, исследовавшей сухопутный  путь из Сибири в Индию.

В 1745 г. вышло капитальное картографическое произведение под названием «Атлас Российский, состоящий из девятнадцати специальных карт, представляющих Всероссийскую империю с пограничными землями, сочиненный по правилам географическим и новейшим обсервациям с приложенною при том генеральною картою великая сия империи старанием и трудами Императорской Академии наук в Санкт­Петербурге 1745 г.». Во второй половине XVIII века изданием карт все больше стало заниматься военное ведомство.

Как докладывала Екатерине II специально назначенная комиссия, опыт Семилетней войны (1756­1763 гг.) показал, что «…во время последней и бывших перед тем кампаний по неимению особых офицеров для снятия местоположения, разведывания о неприятеле и о путях, по которым надлежало проходить войскам, часто встречались затруднения и замешательства». Эта комиссия в январе 1763 г. представила свои предложения по переустройству армии и квартирмейстерской части. Последнюю предлагалось устроить на новых основаниях и назвать Генеральным штабом. В мае 1763 г. он начал функционировать. На него кроме других обязанностей возлагалось ведение картографических работ. При образовании в 1763 г. Генерального штаба в его состав была включена группа геодезистов и топографов из 40 человек с целью создания карт для армии.

В 1797 г. с целью сосредоточения всех изданных карт, их хранения, а также развития и совершенствования их производства при Кабинете его Императорского величества было учреждено Депо карт, которое с 1810 г. было передано Военному министерству. В 1812 г. Депо карт было переименовано в Военно­топографическое депо (ВТД). С этой даты и ведет свою историю военно­топографическая служба.

До окончания войны против Наполеона съемочные и составительские работы продвигались крайне медленно, и деятельность ВТД во время войны сводилась в основном к переизданию некоторых карт, которыми пользовались войска. Прикомандирование офицеров из квартирмейстерской части и инженерного корпуса для производства съемок было крайне ограничено, поскольку они были заняты на работах по обеспечению боевых действий войск. По окончании войны топографические съемки на территории империи возобновились.

Опыт Отечественной войны 1812 г. показал, что необходимо снабжать войска более точными, чем имелись, топографическими картами. Создание таких карт требовало организации новых съемок на основе опорных геодезических пунктов. Тригонометрические съемки в этих целях на большой территории начались в России с 1816 года.

В 1822 году Александром I было утверждено «Положение о Корпусе топографов». Этим актом было положено начало организации, ставшей впоследствии Корпусом военных топографов.

Преемницей Корпуса военных топографов Русской армии стала Военно­топографическая служба (ВТС) Рабоче­крестьянской Красной армии. К 1918 году численность корпуса достигла 1212 человек. В том же году В. Баринов впервые выполнил аэрофотосъемку под Тверью.

После Великой Отечественной войны ВТС РККА была переименована в топографическую службу Вооруженных Сил СССР, а затем ­ в Топографическую службу Вооруженных Сил Российской Федерации.

 Анатолий Анатольевич ТЮРИН

Анатолий Анатольевич ТЮРИН

Анатолий Анатольевич ТЮРИН родился 9 ноября 1978 года в г. Ковылкино. В 2000 г. окончил Военно­инженерный университет (филиал в г. Санкт­Петербурге). С 2000 по 2007 г. проходил службу в СКВО на должностях старшего картографа части, командира роты обслуживания, начальника топографической службы бригады, начальника топослужбы дивизии.

С 2007 по 2009 г. ­ слушатель Общевойсковой академии ВС РФ. В 2009 ­ 2011 гг. ­ начальник штаба ­ заместитель командира отряда в Восточном военном округе.

С апреля 2011 г. ­ начальник топографической службы штаба ВВО.

Награжден медалями «За воинскую доблесть» II степени и «За отличие в военной службе» двух степеней.

Женат. Воспитывает троих детей.

­ Анатолий Анатольевич, какие основные задачи сегодня возлагаются на топослужбу округа?

­ Топослужба нашего округа претворяет в жизнь решения, которые принимают начальники Генерального штаба и военно­топографического управления, обеспечивает войска в топогеодезическом и навигационном отношении.

В отличие от прежних лет в настоящее время топографические карты нашей территории печатаются гражданскими организациями. Дело в том, что бывшие картографические фабрики, в том числе и нашего округа, теперь стали открытыми акционерными обществами, и теперь они печатают карты военного назначения по оборонзаказу.

Что касается существующей ныне картчасти, то она предназначена для издания и составления отдельных номенклатур топографических и специальных карт, которые, к примеру, бывают срочно нужны в интересах округа. Тогда берется картматериал в электронном виде и издается топографическая карта. Такое может случиться, если, к примеру, в каком­то районе вдруг предполагается обострение обстановки, возникает угроза или если какие­то топографические карты у нас просто закончились, а истребовать их из центра процедура сложная и долгая.

В навигационном отношении войска сегодня обеспечены спутниковой навигационной аппаратурой ­ носимыми и возимыми приборами GPS/ ГЛОНАСС. Топографическая служба осуществляет мониторинг сигналов, чтобы противник не внес «поправочку», как это было в период грузино­осетинского конфликта.

БЕЗ ТОПОГРАФИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ В БОЙ НЕ ИДУТ

­ Если можно, пожалуйста, об этом поподробнее.

­ Там мы пользовались такими же приборами, но где­то, допустим, ГЛОНАСС не брал, потому что группировка этих спутников была меньше, чем группировка GPS. В результате войска не могли точно определить свои координаты, к примеру, для привязки своих позиций и поэтому пользовались группировкой спутников GPS. А американцы ввели в сигнал маленькую помеху, и координаты оказались неверными.

Вот почему в случае возникновения какой­либо угрозы на нашу службу возложена обязанность по мониторингу: мы должны установить контроль и вовремя засечь такой сигнал, если он пошел, чтобы предупредить войска. В Южной Осетии этого сделать, к сожалению, не удалось. Поэтому, как говорится, на своих же ошибках, на своем опыте и учимся. После того как сигнал будет пойман, наша задача ­ немедленно довести информацию до войск, чтобы GPS не пользовались, а пользовались либо топографическими картами, либо только группировкой ГЛОНАСС.

Мы же, кстати, осуществляем контроль привязки стартовых позиций в интересах Ракетных войск и артиллерии. Вообще по боевому предназначению у нас очень широкий спектр задач. В нескольких словах это можно назвать топогеодезическим обеспечением войск округа.

­ Какие еще проблемы находятся непосредственно в вашем поле зрения?

­ В настоящий момент наша главная забота ­ топогеодезическое обеспечение межвидовой группировки войск. Как вы знаете, после реформирования была создана трехуровневая система управления. Она включает в себя и сухопутные войска, и авиацию, и флот. И наша основная задача ­ как можно более качественно обеспечить в топогеодезическом отношении эту межвидовую группировку войск в пределах зоны ответственности Восточного военного округа.

Проблема же заключается в том, что мы пока еще находимся на стадии реформирования. Нам предстоит в этом году создать Центр геопространственной информации и навигации. Он будет включать в себя части топографической службы, которые сейчас дислоцируются на территории округа. По решению командующего войсками округа располагаться центр будет на северной окраине Хабаровска.

Предстоит также передача складов топографических карт в центры МТО.

БЕЗ ТОПОГРАФИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ В БОЙ НЕ ИДУТ

­ А что можно сказать о финансировании топослужбы?

­ Ситуация заметно изменилась начиная с прошлого года, когда финансирование топографической службы существенно улучшилось по сравнению с прежними годами. В предыдущий период оно было весьма скудным и не соответствовало потребностям. В нынешнем году обеспечение еще более благоприятное.

­ Поступает ли в войска округа новое оборудование и техника для топографической службы?

­ Да, поступают навигационные комплексы ПЦТС (подвижная цифровая топографическая система) «Волынец». Каждый комплекс состоит из трех универсальных модулей, одного полиграфического и одного модуля жизнеобеспечения на базе «Урала». Основное его предназначение ­ решение задач топогеодезического обеспечения с использованием цифровых технологий передачи, обработки и хранения информации о местности, а также издание специальных карт и фотодокументов в поле. Там есть КУНГи для обработки цифровой информации, для создания пространственных 3D­моделей местности, для печатания карт.

Еще к нам поступает подвижный навигационный геодезический комплекс (ПНГК) на базе КамАЗа. Он предназначен для оперативного определения плановых координат и высот точек местности в движении и на остановках. Может применяться при заблаговременной подготовке ТВД в топогеодезическом отношении и в ходе ведения боевых действий при оперативном навигационно­геодезическом обеспечении войск. Внутри у него находится возимая спутниковая навигационная аппаратура. Можно сказать, это машина­топопривязчик самого современного уровня. ПНГК может и курс проложить, и осуществить топогеодезическую привязку.

­ В состав вашей службы организационно входит топогеодезический отряд, который дислоцируется в Благовещенске. Насколько высок профессиональный уровень офицеров, сержантов и солдат, которые проходят в нем службу?

­ Отряд ­ это часть окружного подчинения, которая предназначена для выполнения задач, направленных на удовлетворение потребностей войск и ведомств, дислоцирующихся на территории Восточного военного округа, в средствах топогеодезической информации, а также в интересах развития военной инфраструктуры. Отряд полностью способен выполнить свои задачи по предназначению. Профессиональная подготовка кадров у нас находится на должном уровне. Но если офицеры подготовлены на «отлично», то с поступлением в войска современной техники возникает необходимость доподготовки контрактников и солдат по призыву, чем и занимаются командиры подразделений.

­ А какой военный вуз сегодня готовит офицеров для вашей службы и достаточно ли молодых офицеров прибывает служить в Восточный военный округ?

­ На сегодняшний день остался лишь топографический факультет на базе Военно­космической академии им. А. Ф. Можайского. В последнее время в благовещенский отряд прибыло несколько молодых офицеров, еще три человека пришли в топочасти топографических служб объединений округа. В принципе кадрами мы обеспечены.

­ Вы несколько лет служили в Северо­Кавказском военном округе, бывали в «горячих точках». Чем приходилось заниматься там? Что из приобретенного опыта следовало бы, на ваш взгляд, привнести в практику повседневной деятельности на Дальнем Востоке?

­ Свою офицерскую службу я начал в Краснодарском крае, в топогеодезическом отряде, который как силы и средства начальника топослужбы округа принимал участие в контртеррористической операции на Северном Кавказе. Мы бывали в командировках в Чеченской Республике, в Ботлихском районе Дагестана и других районах. Специалисты нашего отряда привлекались к выполнению различных задач: работали на разведку, помогая дешифрировать аэрофотоснимки, строили макеты местности.

В частности, осенью 2000 года планировалась одна войсковая операция, и мне была поставлена задача подготовить макет местности. Размеры макета были 4х6 метров. Тогдашний министр обороны РФ Игорь Сергеев, приехавший туда, оценил макет на «отлично». Офицеры оперативного отдела, разведчики наносили на него обстановку, на нем же организовывалось взаимодействие объединенной группировки войск и сил. Там ведь помимо мотострелковой дивизии, в интересах которой мы действовали, привлекались и внутренние войска МВД РФ, и подразделения МЧС.

Потом я три года командовал ротой обслуживания в топогеодезическом отряде, после этого был назначен начальником топослужбы отдельной бригады в Майкопе. Ее батальоны, в частности, входили в состав коллективных сил СНГ по поддержанию мира в регионе.

Миротворцы разделяли две конфликтующие стороны. Зона конфликта была поделена на две части: северную и южную. Северная зона ­ это Галльский район Абхазии, южная зона ­ Зугдидский район Грузии. Разделяла эти зоны река Ингури. И уже в то время (2004­2005 гг.), когда я ездил туда в командировки, было видно, как американские специалисты готовили грузинские подразделения.

БЕЗ ТОПОГРАФИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ В БОЙ НЕ ИДУТ

­ А какова была цель ваших командировок?

­ Топогеодезическое обеспечение войск в зоне конфликта. Я бывал и на территории Грузии в нашем миротворческом батальоне, располагавшемся в Зугдиди. Когда у нас проходила ротация войск и я в составе управления бригады контролировал этот процесс, был свидетелем того, как грузинские провокаторы перекрывали мост через Ингури, не давая нашим войскам прохода. В таком случае мы не вступали в конфликт, а переходили реку вброд.

Теперь отвечу на ваш вопрос, что пригодилось бы из моего опыта. Скажем, в районе грузино­абхазского конфликта многие города и поселки поменяли названия. И наши карты не соответствовали истинному положению. Поэтому мы оперативно исправляли их, зачеркивали старые названия и впечатывали новые. Естественно, что касается нашей территории, эта информация постоянно обновляется в соответствии с руководящими документами.

А когда я был назначен начальником топослужбы дивизии, занимался топогеодезическим обеспечением ОГВ(с) ­ объединенной группировки войск, принимавших участие в проведении контртеррористической операции на территории Чеченской Республики. Я пришел к выводу, что существующие нормы обеспечения  войск топокартами не всегда подходят. Группировка может быть меньше или больше по количеству личного состава, поэтому обеспечение должно осуществляться по факту. Ведь мы обеспечиваем в условиях боевых действий не только войска округа, но и подразделения МВД, ФСБ, которые встают к нам на довольствие.

­ Насколько успешно выполняются подчиненной вам службой поставленные задачи?

­ Здесь можно вспомнить об итогах прошлого года, когда было отмечено, что все задачи, возложенные на нас Генеральным штабом ВС РФ, мы выполнили качественно и в полном объеме. Сделано было многое. В частности, силами нашей службы обновлены топографические карты Владивостока с близлежащими районами. Мы выполнили эту работу с очень хорошим качеством.

Достаточно успешно выполняем свои обязанности и в нынешнем году. Задачи стоят непростые, о чем уже упоминалось выше, но вся работа идет по плану. В лучшую сторону хочу отметить специалистов топогеодезического отряда ­ его командира подполковника Сергея Владимировича Тараненко и начальника топографического отделения отряда майора Евгения Михайловича Быстрова.

В заключение хотелось бы заметить, что формы и методы вооруженной борьбы со временем неузнаваемо меняются,  но вопросы топогеодезического обеспечения всех видов и способов этой борьбы всегда были и остаются неизменно востребованными. Чем мы и занимаемся.

 Беседу вел Владимир ПЫЛАЕВ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *